14:27 

_Wandering_
Любовь — это твоя сознательная способность ставить свои недостатки ниже, чем недостатки близкого человека (с)
Название: Закат
Автор: wandering
Бета/гамма: нет
Фендом: Блич
Персонажи/пейринги: Зараки Кенпачи , Унохана Ретсу (Унохана Ячиру, Первая Кенпачи)
Жанр: гет, драма, возможно даркфик
Рейтинг: PG-13 и поправьте меня, если это R
Размер: драббл, 2стр.
Статус: закончен
Предупреждения: оос,
Размещение: с разрешения
Дисклеймер: Права - у Кубо.
От автора: Автор сам в афиге, что так долго тормозил, но их последний бой - это действительно нечто.
-Anhen- спасибо за идею и пинок!

Легкий теплый ветер ласково поигрывает длинными смоляными прядями волос, разглаживает и раскладывает в своём собственном порядке складки белоснежного хаори на стройной высокой женской фигуре. Рецу стоит на краю бездонного крутого обрыва и смотрит на алое закатное солнце, причудливо окрасившее небо целиком в ярко розовый, в цвет размытой крови. Если бы Унохана не увидела собственными глазами, то не поверила, что такое бывает. Этот закат – словно символ того, что должно в скором времени произойти. Последний в её жизни.


За спиной Рецу на почтительном расстоянии, воткнув в землю меч и оперев на рукоять обе ладони, терпеливо дожидается тот, кто занимает мысли Уноханы уже множество десятилетий. Если не пару-тройку столетий.

Зараки не шевелится, не улыбается, не торопит, не произносит ни слова, стоит, словно скала, но Рецу каждой клеточкой кожи, спинным мозгом, мелкой дрожью в кончиках пальцев чувствует себя так, словно за ней наблюдает опаснейший, приготовившийся к прыжку, охотящийся дикий зверь. Впрочем, ей не привыкать.


Она всегда знала, что он сильнее.


Унохана дожидается, пока последний лучик солнца сбежит в панике за горизонт, уступая место густому багрянцу, заливающему небо, а после – надвигающейся темноте поглотить то, что вскорости случится. Разворачивается и смотрит на крупного, рослого и сильного мужчину, лицо и тело которого избороздило множество шрамов. А видит юного паренька, с диким горящим взором, с безумной жаждой даже не убивать – быть сильнее всех. И неважно, что ради этого он готов перерезать полмира. Ну и что, что в чужой крови он даже не по локоть, а по самые ноздри, а ещё вернее - по самые колокольчики на своей странной, вызывающей прическе? Впрочем, ей ли говорить о странностях причёски? Да и, ради всего святого, разве об этом ей нужно думать сейчас, в такой момент? Она и так знает, насколько они похожи, ведь Рецу всё ещё хорошо помнит, как сама томилась желанием убивать. Сколько прошло времени, прежде чем ей стало скучно? Прежде, чем один руконгайский мальчик с безумным взглядом остановил её? Он – единственный мужчина, в котором Унохана видит ребёнка, и единственный мальчик, в котором она не может игнорировать мужчину.

Зараки усмехается криво – уж он-то знает, что она не будет поддаваться ему. Он всегда, с самого начала понимал Рецу с полувзгляда. Всегда знал, чего именно хочет эта женщина.


Он столько ждал этого дня.


А она ни словом, ни жестом не выдаёт, как трепещет внутри, разливаясь по нервам и венам крепчайшим вином судорожное нетерпение; как разгоняет и вспенивает кровь, почти разрывая грудь, предвкушение. Рецу знает – он будет любоваться ею. Это не битва, это – танец. Танец их соединения.

Нет никого восхитительнее для Кенпачи этой женщины с мягким взглядом печальных и мудрых глаз, со смертельно опасной ласковой улыбкой; никого прекраснее этой врачевательницы с повадками убийцы. Он влюбился в Рецу в ту секунду, когда она, не давая скидку ни на возраст, ни на умения, выбила из его рук меч и, прижав к земле, роняя на него из кровоточащей раны на белой тонкой шее алые капли, выдохнула хрипло прямо в лицо пряным, травяным своим дыханием:


- Лучше, чем я ожидала.


Зараки так и не признался ей, что в тот момент Вселенная для него перестала существовать. Весь мир исчез, осталась она одна. Всё что он делал потом, всё о чём мог думать – это то, как достичь её, дотянуться, достать и в ответ точно так же прижать грудь непокорной, неподконтрольной никому женщины своим коленом к земле и... убить? Впиться в губы грубо и напористо? Слишком просто для того буйства, безумия и смерча из чувств, что рождались в Кенпачи и бились отчаянно в ребра при взгляде на неё.


Если бы только они могли сражаться вечность...


Меч Уноханы – скользящая молния, глаза Уноханы – разящие лезвия, движения Уноханы – смерть. Так было, так будет. До того момента, как исполнится её мечта.

Зараки стал шинигами только для того, чтобы быть рядом с ней. Кенпачи стал капитаном, чтобы стать ей равным. Он единственный знал о том, как она танцует по ночам в саду с Миназуки, похожая на всполохи грозы. Только Кенпачи и знал об этом, потому что Рецу танцевала для него. Зараки знал и это тоже. А Унохана делала вид, что шорохи и чертыхания сквозь стиснутые зубы в тишине ночного сада не имеют отношения к мальчишке, не знающем, куда девать свою безграничную силу.


Она всегда знала, что он убьёт её.


Её первая победа над ним не была случайностью, но Рецу понимала, что пока что имеет дело с ребёнком, и только боевой опыт, накопленный за несколько сотен лет, дал ей преимущество. Взглянув в глаза этого мальчика, способного уничтожить мир, но не делающего это от скуки – какой смысл перебить всех? Не с кем будет сражаться! – Рецу уже знала, что когда-нибудь умрёт от его руки. И все предыдущие и последующие столетия и десятилетия мирной врачебной жизни были бесполезны против огня, горящего в груди, пылающего в глазах этого не-ребёнка. Это стало её мечтой – почувствовать, как его сила ломает, уничтожает, рвет её на части, как клинок дробит клинок, как её кровь смешивается с его, как они становятся едины и неразделимы в этой общей крови.


Унохана незаметно вздыхает – пора начинать свой последний танец. Танец смерти, заранее обречённой на поражение. Самая долгожданная, самая желанная битва в её жизни.





www.youtube.com/watch?v=24CwlmocQEA

@темы: фанфики, в обзоры, КенпачиУнахана, Блич

URL
   

Записки совсем не одинокого странника

главная